Вид Никандровой пустыни, с избранными святыми

Конец XVIII – начало XIX в. (икона)

1804 г., А.И. Ратков (оклад)

Москва

Дерево, масло; серебро, чеканка,

гравировка, золочение

39×29 см

Автор атрибуции А.М. Манукян

Экспонируется в зале №3
На иконе представлен панорамный вид Благовещенской Никандровой пустыни, расположенной в 40 км от Порхова и в 70 км к северо-востоку от Пскова. Монастырь был основан в XVI в. на месте погребения преподобного Никандра (1507–1581). Помимо архитектурного ансамбля, сформировавшегося к концу XVIII столетия, показаны также праздники и святые, имеющие отношение к монастырю. Так, Благовещение было престольным праздником монастырского собора, кроме того, в день Благовещения поминался и сам Никандр. День всех святых, отмечаемый через неделю после праздника Святой Троицы, судя по монастырским документам, играл важную роль в жизни пустыни. Образы Петра и Павла также не случайны, ведь мощи Никандра были обретены в день памяти верховных апостолов. Уже в 1687 г. в соборе монастыря в честь этого события был организован Петропавловский придел. Позднее церковь с тем же посвящением была устроена на втором этаже монастырской колокольни. Александр Свирский фигурирует в одном из эпизодов жития Никандра: олонецкий игумен являлся Никандру для укрепления в борьбе со злыми духами, терзавшими пустынника во время его отшельнического подвига. Преподобные Зосима и Савватий в нижней части иконы отсылают к деревянной церкви, построенной в XVII в. для отшельников и освящённой в честь Соловецких святых. В день памяти Никандра к этой часовне, расположенной в лесах на некотором удалении от монастыря, организовывался крестный ход. Читать далее >>
       Бархатная рубашка и драгоценная риза иконы, выполненная одним из лучших московских мастеров конца XVIII — первой четверти XIX в., свидетельствуют о высоком статусе её заказчика. В последнем десятилетии XVIII в. Никандрова пустынь была обласкана знатными благотворителями, среди которых числились П.В. Лопухин и Н.П. Шереметев. Повышенное внимание к порховской обители проявлял император Павел I. Возможно, особая благосклонность Павла Петровича была вызвана тем, что верховные апостолы — святые покровители как самого Павла, так отца Петра III — чтились в монастыре не менее самого псковского отшельника.