Евангелист Лука, пишущий икону Божией Матери

Вторая четверть XVIII в., Москва

Дерево, темпера; серебро, чеканка, золочение

36×30 см

Авторы атрибуции: Н.И. Комашко, Е.Л. Тихомирова

Художники-реставраторы: М.Я. Яковлева (живопись); А.О. Беккер (металл)

Экспонируется в зале №5
На публикуемом образе представлен чрезвычайно редкий для русской иконописи сюжет, где апостол Лука запечатлён за созданием иконы Богородицы. Если европейские художники обращались к этой теме достаточно часто, вспомним известные работы Рогира ван дер Вейдена или Мартена ван Хемскерка, то восточнохристианские мастера не только выбирали этот сюжет в качестве самостоятельного гораздо реже, но и иначе его интерпретировали. Пожалуй, основным отличием между западной и восточной художественной культурой в осмыслении этого сюжета являлся сам факт присутствия Приснодевы в момент создания иконы. Если у европейских мастеров Мария с Младенцем Христом на руках позирует Луке, а он выступает как работающий с натурой портретист, то в ортодоксальной иконописи евангелист пишет образ по богодухновению, то есть без физического присутствия Богородицы. Поэтому в икону вводится изображение ангела над головой Луки или за его плечом, осеняющего святого своими крылами и соучаствующего в создании святыни. Читать далее >>
        Одной из наиболее известных греческих икон «Лука, пишущий икону Богородицы», является небольшой образ письма Доменикоса Теотокопулоса, более известного как Эль Греко, написанный в 1560-х гг. и хранящийся ныне в афинском музее Бенаки. Именно на эту композиционную схему, воплощённую в работе Эль Греко, опирался и создатель исследуемой иконы. Евангелист представлен сидящим на кресле в своей мастерской, на мольберте установлена икона с изображением Богородицы с Младенцем, рядом с ним ящик с художественными материалами: коробочка для пигментов, доска для растирания красок и т.д. Ангел на облачном сегменте спускается к апостолу, указывая ему рукой на небеса. Однако если в греческой иконе Лука создаёт образ Одигитрии, то на Руси традиционным стало изображение Гликофилусы (Умиления), известной также как Богоматерь Владимирская, появление которой Сказание связывает со святым евангелистом.
        Образ написан на очень высоком уровне, автор впитал в себя художественное наследие и манеру мастеров Оружейной палаты. Лики прорабатываются плавным многослойным письмом, персонажам придано индивидуальное выражение, все они словно бы пребывают в безмолвном диалоге друг с другом. Виртуозно оформлены складки на занавесях, богато декорированы элементы архитектуры и внутреннего убранства комнаты. Как отмечают исследователи, в сравнении с иконами конца XVII в. в этом произведении заметно сгущается колорит, темнеют лики, что свидетельствует о скором проникновении в русскую икону стиля барокко.